Иоанн Златоуст, архиепископ Константинопольский, святитель

Иоанн Златоуст, архиепископ Константинопольский, святитель

Забота Отца о выборе учителя детям

Подобно пьяным, мы делаем не то, что должно: заботимся о том, чтобы у нас было больше слуг и чтобы они служили нам с великой ревностью, чтобы оставить детям своим богатое наследство, чтобы жена носила золотые украшения и драгоценные одежды, — и никогда не печемся о них самих, но только об их имуществе. В самом деле, мы не о жене печемся, а о вещах, ее украшающих, и не о детях, а об их имении, и поступаем подобно человеку, который, видя, что дом его обветшал, и стены готовы разрушиться, вместо того, чтобы поддержать их, обносит кругом его большую ограду. Так и мы поступаем. Тогда как душа наша страдает от жестокой болезни, предается гневу, злословию, безрассудным желаниям, тщеславию, возмущению, прилеплена к земле и терзается столь многими зверями, мы, не заботясь об избавлении ее от страстей, печемся о доме и о слугах. Если откуда тайно убежит медведица, то мы запираем домы, прячемся, чтобы не встретиться с нею; а тут, несмотря на то, что не один зверь, но множество их, то есть, нечистые помыслы, терзают душу нашу, мы даже и не чувствуем их. Оттого-то все и приходит в беспорядок, повсюду возмущение, и внутри, и вне нас, и каждый из нас весьма похож на зверя…
Подлинно, и люди бывают хуже зверей, — зверей необузданных, живущих в пустыне. Таковы бывают, по большей части, юноши. Преданные свирепым страстям, они скачут и прыгают, необузданно носясь всюду и нимало не заботясь о должном. А виноваты в этом их отцы. Своих конюхов они заставляют укрощать лошадей с великим тщанием, и не позволяют долгое время молодым коням оставаться неукрощенными, но в самом начале обуздывают их, а на детей своих долгое время смотрят равнодушно, когда они живут необузданно, не имея целомудрия, бесчестят себя, предаваясь любодеянию, играм, посещая бесчестные зрелища, — тогда как для предупреждения любодеяния надлежало бы соединить сына брачным союзом с женой целомудренной и мудрой; она удержит мужа от безрассудного образа жизни и обуздает его. Блуд и прелюбодеяние оттого и происходят, что юношам дают свободу. Если бы он имел разумную жену, то стал бы заботиться о доме, о славе и чести. Но ты скажешь: он еще молод. И я знаю это… Но что мне делать? Вы не только не хотите позаботиться о их целомудрии, но смотрите равнодушно, когда они бесчестят, оскверняют себя и предаются различным порокам, не зная того, что польза брака зависит от чистоты тела, и что если чистота тела не сохранена до брака, то от него нет уже никакой пользы. А у вас бывает противное. Когда дети ваши уже осквернят себя бесчисленными пороками, тогда соединяете их узами брака, но уже тщетно и напрасно. Но вы говорите: надобно подождать времени, когда сын станет знаменитым и прославит себя делами государственными, а о душе нимало не печетесь, но равнодушно смотрите на ее падение; от того-то у нас во всем такое смешение, расстройство и беспорядок, что мы не заботимся о душе, пренебрегаем необходимым, и все попечение обращаем на дела маловажные. Неужели ты не знаешь, что ничем лучше не можешь облагодетельствовать сына своего, как сохранив его от нечистоты блуда? Ведь, ничего нет драгоценнее души: кая бо польза человеку, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит (Мф. 16:26)?
Но любовь к богатству превратила и ниспровергла все, и истребила истинный страх Божий. Как тиран разрушает крепость, так и она ниспровергла души людей. Потому-то мы и не печемся ни о спасении детей, ни о своем собственном, заботясь только о том, чтобы сделаться богатыми и оставить богатство своим наследникам, а те своим, и так далее; и, таким образом, мы только передаем свое имущество другим, а не обладаем им сами. Участь детей наших хуже даже скотов: об ослах и лошадях мы более заботимся, нежели о детях. Если кто имеет лошадь, то всячески старается найти лучшего конюха, который бы был честен, не вор, не пьяница, и знал свое дело. Если же нам нужно дать наставника сыну, то мы просто, без всякого выбора, берем кого случится. А между тем, нет ничего труднее искусства воспитания. В самом деле, какое искусство сравнится с искусством образования души и просвещения ума юноши? Человек, знающий это искусство, должен быть внимательнее всякого живописца и ваятеля. Но мы об этом нимало не заботимся, а обращаем внимание только на то, чтобы ученик выучился получать большие деньги.

(I, 557)
Источники:
  • Творения святаго отца нашего Иоанна Златоуста архиепископа Константинопольского в русском переводе. — С.-Петербург. Издание С.-Петербургской Духовной Академии. 1901. Т. VII.
    Толкование на Матфея Евангелиста
    БЕСЕДА LIX. ИЗЪЯСНЕНИЕ Мф. 18:7–14. С. 615–617